«Хромая лошадь»

В ночь с 4 на 5 декабря в Перми сгорает клуб «Хромая лошадь». В пожаре погибло 111 человек, и еще 45 умрут в больницах. После рейдов-проверок закроют пятую часть клубов, но в целом русская ночная жизнь так и останется авантюрным экстримом

Клуб, занимающий первый этаж жилого дома, справлял день рождения — 8 лет. С пятницы на субботу — самая разгульная ночь, и народу набилось под 300 человек. Примерно в 01.05 зажгли фейерверк. По основной версии, загорелся низкий потолок, на который были привешены льняные полотнища и ивовые прутья. Огонь быстро побежал по пенопласту — им зал звукоизолировали из-за жалоб жильцов — и по пластиковой отделке стен. Ведущий шоу объявил эвакуацию, но зал переполнен, а выход узкий, не открылась даже вторая створка двери. Свет погас, аварийного освещения нет, началась паника и давка. Выступавшие испанские артисты благополучно выбрались через служебный вход, но посетители о нем не знали. Большинство людей гибнет не от ожогов, а отравленные высокотоксичным дымом. Пожарная команда размещена в соседнем здании, расчеты к клубу просто подбежали. Подъехали и их машины, но тушить нельзя — еще выносят погибших и пострадавших. На улице — 16, а нарядные молодые женщины без чувств лежат на снегу и асфальте, «скорых» не хватает.

Пермь объявит региональный трехдневньгй траур, Москва — однодневный федеральный. Уже 5 декабря на место прилетели главы МЧС, МВД и минздрава. Президент Медведев велит «наказать по полной программе» и «пройтись по всей этой линейке» — по цепочке ответственных; то есть. У клуба обнаружатся исполнительный директор, арт-директор и несколько соучредителей, один из которых таковым вроде не числился, но получал прибыль от заведения и, значит, является владельцем — его экстрадиции добьются от Испании. Кроме них к уголовной ответственности привлекают пиротехников, устраивавших фейерверк, и трех чинов пожарного надзора. Премьер Путин на закрытом совещании в Перми объявляет: бизнесмены «нарушили все, что только можно нарушить», но, мол, и власти не приняли мер.

По развлекательным заведениям идут свирепые проверки. Клубы устраивают спешные «ремонты» — до Нового года, времени главных заработков, нужно успеть открыться заново. Понятно, что это компанейщина и у каждого свой бизнес. Инспектор пожнадзо-ра, в последний раз проверявший «Хромую лошадь» в 2007 году, может, и давал какие-то правильные предписания — что, кто-то контролировал выполнение? При желании нарушения можно найти на любом объекте, санкции за них — вопрос договоренностей с хозяевами, а безопасностью ни одна из сторон на деле не озабочена. Для молодой и успешной России, которая ходит по ночным клубам, вся жизнь — экстрим, череда счастливых или несчастных случаев. Сами бьются на машинах-мотоциклах-снегокатах, сами калечатся-обжигаются-горят, запуская фейерверки на дачах — а без них какой теперь русский праздник? Никто всерьез не бережется и тем более не верит, что его берегут какие-то госслужбы.

Милицейские начальники раздают комментарии: все клубы — наркопритоны и вроде в сумках погибших найдено много «травки». На сайте Пермской епархии вывесят реквием — мол, жертвы, забыв Бога, пошли «всласть повеселиться, словно нет поста». Блогеры возмутятся, и стихотворение удалят. Ко второй годовщине трагедии в сквере неподалеку поставят памятник.