Прапорщики и мичманы

В Советской армии и Военно-морском флоте вместо старшин сверхсрочной службы вводятся новые звания — соответственно прапорщиков и мичманов

Старшину-сверхсрочника — справного мужика, оставшегося служить 25 лет, — прославлял официальный армейский фольклор. Наставника новобранцев рисовали на плакатах седоусым, с внимательным прищуром глаз и рядом медалей на гимнастерке — до недавнего времени среди сверхсрочников было много ветеранов войны. Вне строя хранителя воинских традиций должно звать по отчеству: Иваныч, Ляксеич, Васильич. Чаще это украинцы с фамилиями типа Порошенко или Нечипорук. Видимо, поэтому в армии принято «хгекать»: говорить «хвардия», «хорат» (город) и «храмотный», а состояние готовности обозначать словом «хатовченка» («готовченко»).

Своего ротного старшину после демобилизации вспоминают десятилетиями. И поддерживая стереотип — строгий, но справедливый, простоватый, но с доброй душой. И кляня тупого солдафона — дуб дубом, зверь зверем. Теперь эта культовая фигура переименована в прапорщика. Старшины остаются, но только срочни-ки — из солдат, сумевших за два года сделать максимальную карьеру.

До сих пор звучавшее по-белогвардейски длинноватое «прапорщик» в обиходе сокращают до «прапор». Над зелеными погонами с двумя крохотными звездочками зубоскалят: генерал-лейтенант, но маленький-маленький. Статус у прапорщиков прежний — считается, что звание ввели для повышения авторитета, но никакой новой славы оно «подофицерам» не даст.