Брежнев: орден «Победа». «Малая Земля»

Год чествований Брежнева, которые выглядят перебором даже по сравнению с юбилейными торжествами в 1976 году. Умножается геройство главы государства, он объявлен стратегом-победителем и корифеем литературы

Звание Героя Советского Союза — уже привычная награда. Но в третий раз Брежнев получает ее на 72-й свой день рождения, что тоже нарушение правил: до сих пор золотые звезды ему давались на юбилеи. Создан прецедент, и поговаривают, что впредь геройские звания Брежневу будут присваивать каждый год.

Но по-настоящему поражает награда к 60-летию Советской армии. Брежнев удостоен ордена «Победа». Заглянув в энциклопедию, каждый может узнать: у кавалера нет прав на награду. Усыпанный бриллиантами орден «Победа» учредили в 1943 году для полководцев, руководящих крупнейшими военными операциями. Его получили Сталин, командующие главными фронтами, руководители Генштаба и высшие чины союзников вроде Эйзенхауэра и Тито. После победного 45-го — уже тридцать лет и три года — орден «Победа» никому не вручали. Награда казалась «спящей», имеющей отношение только к концу войны — ее в этом качестве воспроизводили на поздравительных открытках к 9 Мая. Какой может быть новый орден «Победа», если страна новых побед не одерживала и вообще не воевала? Сначала своим маршальством, а теперь и высшей оценкой своего стратегического гения, Брежнев умудряется разозлить самую верную режиму часть населения — советских ветеранов. Ходит фантастический слух — будто подыскивают повод дать Брежневу звание генералиссимуса.

Весь год идет — и будет длиться до конца правления — кампания по раскрутке брежневских мемуаров. В 78-м выходят три первые, самые известные книжечки: «Малая Земля», «Возрождение», «Целина». Брежнев-писатель начинается с многообещающей фразы «Дневников я на войне не вел». Мол, поведу речь про то, что память сохранила сама, про незабываемое. Предположить, будто Брежнев пишет свои воспоминания сам, — смехотворно. Иной раз состояние почти ежедневно показываемого по телевизору генсека таково, что впору усомниться — а может ли он свои книжки хотя бы прочесть? В профессиональных кругах утверждают: над мемуарами работают сценаристы фильма о Брежневе «Повесть о коммунисте» Леонид Замятин и Виталий Игнатенко из ТАССа и спецкор «Известий» Анатолий Аграновский. Но никто не указан даже как автор литературной записи.

Выход трилогии обставлен по правилам писательской публикации: сперва — главный толстый журнал «Новый мир», а потом во всех газетах и миллионными тиражами — отдельными брошюрками в мягких обложках. По стране для обсуждения трудов Брежнева созывают заседания активов, читательские конференции и партсобрания. Пять лет назад, присваивая Керчи и Новороссийску звания городов-героев, историю уже подправляли задним числом: прежде про них и слышно не было, а теперь раструбили, потому что Брежнев там воевал. Шум вокруг первой из книжек превращает бои за Малую Землю — плацдарм на берегах Цемесской бухты близ Новороссийска — в главное событие Великой Отечественной войны. Появляются анекдоты про Брежнева — великого агронома: с Малой Земли собрал самый большой урожай — и про анкету: «Участвовали ли вы в Отечественной войне? Если да, то почему отсиживались в окопах Сталинграда, вместо того чтобы находиться на Малой Земле?»

«Возрождение» — книжка про послевоенное руководство Брежневым Днепропетровской областью, «Целина» — про годы во главе Казахстана. Их изучают как кладезь политической мудрости. Откровения типа «Каждый из нас знает: когда партия хочет решить какой-то сложный вопрос, она усиливает внутрипартийную работу» переводят на все мировые языки и рассылают бесплатными пособиями в 120 стран.

Книжный проект доведут до логического финала: прозаик-дебютант Леонид Брежнев будет принят в Союз писателей и ему присудят Ленинскую премию по литературе. Среди такого богатства событий как-то теряется награждение Брежнева в 78-м большим, с блюдце, орденом «Золотое солнце Перу» — считается, что далекая южноамериканская страна в это время встает на почти социалистический путь развития.

Разгром «Нового мира» 1970

Интервенция в Чехословакию резко ужесточает внутреннюю политику советского руководства. В литературоцентричной общественной жизни главная акция по «закручиванию гаек» — расформирование редколлегии ведущего «толстого» журнала — «Нового мира»

Маршал Брежнев-70. «И лично Леонид Ильич» 1976

В юбилейном для генсека году советская пропаганда формирует его культ личности — довольно комичный, уязвимый для насмешек и анекдотов