Пиар

Российская ассоциация по связям с общественностью (РАСО) принимает Кодекс профессиональных и этических принципов в области связей с общественностью, что явно указывает на их нынешнюю непрофессиональность и неэтичность. В России — не западный PR (Public Relations), а свой пиар со множеством производных от него понятий

Пиар

Отрасль «связей с общественностью» возникла в 90-е годы, когда власть, бизнес, общественные движения и партии принялись продвигать себя в публичном пространстве. Большая часть работы была тогда политической: одна за другой шли думские, губернаторские и мэрские кампании с неочевидными фаворитами — так что в пиар вкладывались все лагеря, и заказчиков хватало. Концентрацией пиаровских мощностей добивались ельцинской победы в 1996-м, раскрутка Путина в 99-м тоже потребовала больших сил. В 2000-х наступает кризис жанра. Все чаще победитель в любой сфере известен заранее, ему нужно лишь «сопровождение проекта», чтоб «по пиару было все в порядке».

Ремесло сводится к изготовлению и размещению в СМИ «проплаченного позитива» — самопиара или «черного пиара» — «проплаченного негатива» на конкурентов. В массовой печати, кроме высших должностных лиц — звезд по должности и всероссийски узнаваемых фигур кино, шоу-бизнеса и ТВ, почти все остальные ньюсмейкеры, как правило, появляются за деньги — заказные тексты называются «джинсой». За любой публикацией легко угадывают чей-то пиар или антипиар. В феврале 2001-го PR-агентство «Promaco» заявляет: «Мы решили взорвать ситуацию». Оказывается, 21 редакция накануне получила пресс-релиз об открытии вымышленного магазина электроники. 13 изданий согласились опубликовать текст под видом журналистского материала, получив предоплату. Три ответили, что напечатают, но с указанием «на правах рекламы», четыре запросили подробности, и одно опубликовало бесплатно. Больше всего денег взяли официальная «Российская газета» — 57 320 руб. и «Новые Известия» — $800 (за «джинсу»). «Promaco» призывает антимонопольные органы наказать себя и издания за нарушение закона о рекламе — он запрещает маскировку коммерческих материалов под журналистику.

Никого не наказывают, только предупреждают. Русский язык образует от чужеземного «PR» множество производных — так, «распиаренный» означает: «небескорыстно расхваленный». Старая пословица про паровоз и свисток осовременена: «весь пар — в пиар». Таблоиды в конце номера, мелким шрифтом в выходных данных дают оговорку типа: «Материалы в рубриках “Люди дела”, “Открытая трибуна”, “Взрослые игры”, “Точка зрения”, “Это полезно знать”, “Вопрос — ответ”, “Законы красоты”, “Ваше здоровье”, “Тайная власть”, “Кушать подано” опубликованы на коммерческой основе». Хотя и это — нарушение закона, который предписывает: «Реклама должна быть распознаваема... именно как реклама непосредственно в момент ее представления».

Ельцин идет на второй срок 1996

В начале года рейтинг Ельцина не превышает 10%, и глава государства выглядит безнадежно «неизбирабельным». Под воздействием и при поддержке крупного капитала Ельцин включается в бурную предвыборную кампанию, стараясь наверстать упущенное

Операция «Преемник». Путин: «Мочить в сортире!» 1999

Ельцинский лагерь в цейтноте — времени осталось на один ход. Президент решается на отставку правительства Степашина и назначает главой кабинета директора ФСБ Владимира Путина. Идя ва-банк, Ельцин говорит о Путине как о преемнике. Назначенец вскоре публично подтверждает свою оценку в кулуарах — «верный и сильный», стремительно набирая на этом рейтинг