«Я кукарача, я кукарача!»

В русский язык входит диковинное словцо из прилипчивого рефрена. Переделка мексиканской песенки навсегда останется примером дурного массового вкуса, с которым ничего нельзя поделать

«Я кукарача, я кукарача!»

Вроде бы испанский оригинал — фольклор времен мексиканской революции и гражданской войны 1910-х годов. Содержание песенки сатирическое: cucaracha — «таракан» — народное прозвище солдата правительственных войск. Но советской эстраде нет дела до происхождения куплетов. Русских текстов будет несколько, все — от лица красотки-кокетки. Вариант, исполняемый звездой Московского театра оперетты Клавдией Новиковой, начинается так:

Я с досады чуть не плачу,
У меня в груди вулкан.
Он сказал: ты кукарача,
Это значит — таракан!

Но важнее припевы, в которых прелестница, принимая прозвище, собирается взять реванш:

Я кукарача,
Я кукарача!
Мне ли быть одной?
Но я не плачу,
Нет, я не плачу,
Все равно ты будешь мой!

Из la cucaracha, la cucaracha ничего по-русски, кроме «я кукарача, я кукарача», не выходит, рефрен неизменен во всех версиях. Запись Новиковой выпустят на пластинке, и фокстрот «Кукарача» — танцевальный суперхит любой вечеринки.

Иноземное словечко запомнится одним из паролей десятилетия. Советский классик Нодар Думбадзе позже напишет про предвоенный Тбилиси повесть «Кукарача» — такое прозвище носил очень смуглый местный милиционер. По книге поставят спектакль и снимут фильм.