Дворцы метро

Открыто движение по первому участку Кольцевой линии московского метро. Новые станции — одна роскошнее другой. Смотреть подземные чертоги водят всех гостей столицы, ими особенно восхищаются иностранцы: за границей ничего подобного нет! В газетах пишут, что наше метро — самое красивое в мире

Раз в два года сдают по участку, все-го их три. Общий стиль за это время не изменится. Две станции отданы самым братским народам. «Белорусская» с мраморными полами под вышивку и мозаиками из народной жизни — поскромней. Ее главная достопримечательность — здоровенные скульптурные партизаны в переходе на радиальную линию. Место встречи возле бородатого деда в тулупе, показывающего куда-то вперед, называется «под рукой». Гораздо богаче «Киевская», ее посвятили 300-летию воссоединения Украины с Россией, и на панно по пилонам представлены все этапы: Богдан Хмельницкий, Щорс, Калинин с Орджоникидзе на открытии Днепрогэса — вплоть до освобождения Киева в 1943-м. Понятно, что «Краснопресненскую» оформили в память о революциях 1905 и 1917 годов. Но больше роскоши самоценной, «нетематической».

Вход в «Курскую» изумляет гигантской люстрой с рубиновой звездой. На «Добрынинской» перед эскалаторами — крупнейшие в метро торшеры, а под землей — физкультурники, народы СССР, труд советских людей, и даже потом из смальты выложат «Утро космической эры». «Калужская» (позже — «Октябрьская») спроектирована как храм: идешь по перрону, будто к алтарю в виде ниши с голубым небом. По одному объяснению, так преодолено ощущение «подземности», по другому — это маячит впереди «светлое будущее», правда, закрытое кованой решеткой. Декорирование «Новослободской» досталось латвийскому худфонду, и вышло 32 подсвеченных витража с растениями — листы огромного гербария, обрамленные золоченой латунью. Почему-то именно «Таганская» прославляет все рода и виды войск советской армии, причем посредством совсем невоинственных, нежных майоликовых барельефов.

Самая помпезная станция — «Комсомольская». Вопреки названию она вовсе не про молодежь. Подземный вестибюль предстает исполинской Грановитой палатой, на сводах которой сменяются Александр Невский, Дмитрий Донской, Минин и Пожарский, Суворов, Кутузов, солдаты на ступенях Рейхстага. В одном торце — бюст Ленина, на другом циклопический орден «Победа: с гиперукрупненными мозаикой бриллиантами. Расчет, видимо, ошарашивать приезжих с трех вокзалов: спустились они в сказочное подземелье и обомлели. Вот вед Москва-то какая! Пожитки на гранит урони ли, смотрят зачарованно на блеск ценнья минералов и могут только прошептать: «Эта все — золото?!»

При борьбе с «архитектурными излишествами» великолепие Кольцевой линии будет раскритиковано как нефунк циональное и расточительное. Сталина присутствовавшего почти на всех станциях уберут. Новая эпоха будет строить скромное метро, а искусствоведы напишут про причудливую компенсацию хижин на поверхности дворцами на глубине.