Новое ТВ

Центральное телевидение в течение года запускает три передачи, определяющие новое лицо советского эфира. В профессиональной среде одну называют мягкой, другую — острой, а третью — тупой

«До и после полуночи»

Впервые регулярное телевещание страны уходит в следующие сутки — раз в месяц это делает программа «До и после полуночи!». Она немыслимо смешивает эфирные жанры, называясь «информационно-музыкальной»

Актуальные репортажи и интервью разбиваются музыкальными номерами, более-менее соответствующими теме. Смотрится очень дерзко: прежде они, проходя по разным ведомствам — серьезному и развлекательному, — были взаимоисключающими. Еще непривычнее выглядит автор и ведущий. В компании милой дикторши в кадр входит статный молодой мужчина с ранней сединой в длинных волосах, гладко говорит и завораживающе жестикулирует. У Владимира Молчанова богатое доэфирное прошлое: сын известного композитора, директора Большого театра, он работал журналистом в Голландии.

Респектабельный кавалер очаровывает женское население. Мужчины строгих вкусов находят его манеры салонными. Молчанов особенно любит модную тему русского зарубежья (см. также «Фонд культуры», 1986) и часто принимает в своей программе потомков аристократических родов. Пародия программы «Веселые ребята» на «До и после полуночи» называется «До и после революции».

«Прожектор перестройки»

Публицистическое приложение к программе «Время», 10-15-минутные выпуски «Прожектора перестройки» выполняют особо важный властный заказ: подавать сигналы из Центра на места и с мест — в Центр

Телевизионная госприемка выявляет: где-то кто-то не перестроился, а где-то, наоборот, — «пробиваются ростки нового». Бывает, партия решит: эта отрасль отстает, и на нее тут же набрасываются «прожектористы». Или, напротив, — вот «правофланговые перестройки», их почин надо поддержать и распространить. Выпуски часто веду1 освещающие поездки Горбачева Александр Тихомиров и Александр Крутов — из уст приближенных к генсеку первых перьев оценки звучат особенно весомо. Программа «Время» обзавелась собственным вагоном, и телеинспекторы раскатывают по стране, наводя лучи «прожектора» на всё, что попадается по дороге.

«Взгляд»

Молодежная информационно-музыкальная программа начинает выходить на полгода позже «До и после полуночи». Безликое название «Взгляд»» и пять эфирных лиц зададут первые стандарты несоветского телевидения

Первая троица ведущих — Дмитрий Захаров, Владислав Листьев и Александр Любимов — приглашена из иновещания, т.е. московского радио на заграницу. Как и Владимир Познер и Владимир Молчанов, они со своим несоветским опытом должны изменить советское телевидение. Знайка Захаров, обольстительный усач Листьев и улыбчивый обаяшка Любимов и вправду не похожи на образцовых комсомольцев — обычных молодых героев эфира. Поначалу «Взгляд» проигрывает «До и после…», и троицу даже снимают с эфира, но за «мальчонок» вступаются зрители — они почувствовали в новичках выразителей времени. Затем появится пара Владимир Мукусев — ведущий с пронзительным взором черных глаз и Александр Политковский — репортер-экстремал в линялой спортивной куртке.

Еженедельные выпуски приучают телезрителя жить от пятницы до пятницы. Острота разговора в студии — главный критерий интереса. Темы — на грани «проходимости». Во «Взгляд» приходят самые смелоговорящие люди страны, особенно отличаются историк Юрий Афанасьев (см. «Белые пятна истории», 1987) и режиссер Марк Захаров (см. «Юнона и Авось», 1981). Так, во «Взгляде» впервые прозвучит призыв вынести Ленина из Мавзолея. Самые резкие эпизоды могут вырезать уже на стадии эфира — телевизионное начальство видит их выходящими ранее на восточные регионы страны и старается не допустить на Москву. Но вип-гости готовы прийти в студию снова и «живьем» высказаться на столичный часовой пояс еще резче.

Музыкальный репертуар — тоже радикальный: самые публицистические номера лидеров рока. У «Аквариума» (см. «Ленинградский рок», 1983) снятый на старом паровозе клип «Полковник Васин приехал на фронт со своей молодой женой» воспринимается балладой о Горбачеве и его Раисе, а исполняемый сольно Борисом Гребенщиковым романс Вертинского о московских юнкерах —

Я не знаю, зачем и кому это нужно,
Кто послал их на смерть недрожавшей рукой,
Только так бесполезно, так зло и ненужно
Опускали их в вечный покой —

реквием по погибшим в Афганистане. Почти в каждом выпуске поет свердловская группа «Наутилус Помпилиус». Песни сумрачного фронтмена Вячеслава Бутусова на проблемные стихи идеолога «Нау» Ильи Кормильцева доходчиво иллюстрируют тематику «Взгляда»: «Ален Делон не пьет одеколон», «Нас выращивали денно, мы гороховые зерна», «Я не знаю картины дурней, чем шар цвета хаки». Почти гимн программы — «Скованные одной цепью» со строчками «Одни слова для кухонь, другие для улиц» и «Если есть те, кто приходит к тебе, / Найдутся и те, кто придет за тобой».

Статус всенародных любимцев-трибунов обеспечит Любимова, Мукусева и Политковского мандатами народных депутатов РСФСР (см. 1990). Сам «Взгляд» будет скандально закрыт в последнем для советской власти телесезоне (см. «Отставка Шеварднадзе», 1990).