Бандитизм

Послевоенные лишения, много доступного оружия, миллионы отвыкших от мирной жизни людей, и в СССР со второй половины 1940-х — разгул бандитизма

От граждан в органы власти и редакции газет приходят тысячи писем: по вечерам страшно выходить на улицы. Налетят двое-трое парней, отберут сумочку, сорвут часы, шапку, пальто. Могут и прибить, и прирезать. Участились квартирные кражи, налеты, грабежи. Секретная тогда статистика показывает трехкратный в сравнении с предвоенным уровнем рост разбойных нападений и шестикратный — «социального бандитизма». Для потомков самой знаменитой бандой станет «Черная кошка» — на самом деле ее жуткими записками население терроризировали игравшие в бандитов подростки. Хотя потом символику использовали и настоящие преступники. Общественный резонанс вокруг криминального бума породит послевоенный жанр советского детектива — «будни уголовного розыска» и проч., адрес МУРа — Петровка, 38, — узнает вся страна. Авторы из отставных следователей и увековечат «Черную кошку», списав ее с банды Митина. Митинцы были неуловимы три года, в Москве и Подмосковье они совершили 15 ограблений. Обычно между 7 и 8 вечера бандиты врывались в сберкассу, магазин или ресторан, заставляли всех лечь на пол лицом вниз и забирали выручку. Семь человек при налетах погибли. Действовали совсем молодые ребята — Иван Митин собрал свою банду, когда ему было 23 года и он уже отбыл первый срок. Попались митинцы, когда кто-то из них оставил на месте преступления галоши. И такие группировки — в каждом крупном городе, в Сталино (Донецк) шесть лет не могли поймать банду Семаша, на счету которой 27 ограблений.

Еще больше в стране воровства: продуктов, одежды, стройматериалов — и у людей, и с предприятий. 4 июня 1947 года выйдет указ об ужесточении наказаний за кражи — даже за мелкие будут давать в среднем по 7 лет. Сотни тысяч человек переполнят лагеря, пройдут криминальную школу, и «блатные» станут в стране массовой прослойкой.

«Место встречи изменить нельзя» 1979

Пять вечеров в ноябре вся страна смотрит детективный сериал Станислава Говорухина по роману братьев Аркадия и Георгия Вайнеров «Эра милосердия». Роль Глеба Жеглова придает суперзвездному статусу Владимира Высоцкого недостающей официальности: раз по телевизору каждый день показывают — значит, совсем разрешен

Амнистия и лагерные бунты 1953

После смерти Сталина объявлена амнистия примерно для миллиона осужденных по уголовным статьям. МВД на воле с трудом справляется с разгулом криминала, а в лагерях — с восстаниями политических заключенных