Рок-н-ролл

Популярность у молодежи иностранной музыки, особенно танцевальной, впервые признана в СССР политической проблемой. Отныне она вместе с одеждой и прическами на западный манер образует триединую «идеологическую диверсию», борьба с которой продлится 30 лет до начала конца строя

Путь к «признанию» западная музыка проходит тот же, что и одежда: от фельетонов — к кремлевской трибуне. На прошлом XII съезде комсомола в 1954-м первый секретарь ЦК ВЛКСМ Шелепин изобличал стиляг, которые «разгуливают по центральным улицам» и «проводят ночи в ресторанах, смущая девушек». На нынешнем XIII съезде в 1958-м этот докладчик уже указывает на найденное чуждыми модниками любимое занятие: «американский танец рок-н-ролл воспитывает разболтанность, поощряет ненужные и нежелательные чувства». Девичье смущение чуть конкретизировано, а московская комсомольская конференция того же года прямо называет «проповедующими «свободную любовь» тех, кто силится «изображать истерические припадки, выламываясь в рок-н-ролле».

После Фестиваля контакты с Западом ширятся, и за тамошними модами следит даже власть. Свежий музыкальный репертуар первыми доставляют вещающие на СССР западные радиостанции. Глушат их ненадежно, а при потеплениях отношений помехи и вовсе отключают. Распространение магнитофонов позволит каждому меломану собирать записи по своему вкусу. Rock around the clock Билла Хейли станет первым западным суперхитом, известным всей продвинутой городской молодежи СССР исключительно по альтернативным источникам. Следом так узнают Литтл Ричарда, Чака Берри и Элвиса Пресли.

Из-за потерь в войну граждане до 30 лет составляют к началу 1960-х почти половину населения. В жизнь вступает первое поколение общества будущего: «коммунизм — это молодость мира, и его возводить молодым». Но если такое носят и так танцуют — какие же это передовые комсомольцы? Причем зараза идет по стране из Москвы, где выше уровень политработы и больше всего «общественно полезного досуга». Секретарь комитета ВЛКСМ МГУ признает: «Стиляги свили гнездо в наших общежитиях, а западные танцы процветают в общественных помещениях». В святыне науки и образования, главном здании на Ленинских горах «вытворяют невесть что на танцах» и студенты-физики с 12-го этажа сектора «Б», и «лирики» — будущие журналисты с 8-го этажа сектора «Д».

Ритм под буквальным названием «трясись-и-крутись» гремит, поражая неслыханной вседозволенностью, не только музыкальной. Буги-вуги разом устарели, и герой дебютной повести Василия Аксенова «Коллеги» (1959) будет объяснять разницу: «Вы бы видели рок-н-ролл — психиатричка настоящая. Со смеху можно подохнуть». В декабре 1958-го Шелепин возглавит КГБ, и на музыкальнотанцевальном фронте кроме идеологии станут защищать госбезопасность.

Рок-н-ролл уйдет из моды непобежденным, но ополчатся на твист, который в «Кавказской пленнице» (см. 1967) признают достойным «комсомолки и просто красавицы». После преслиевского «кока» врагом послужат длинные волосы, а потом с прическами поверх воротника запоют лауреаты премии Ленинского комсомола. Меняя приоритеты, борьба с ритмами, стрижками и костюмами продлится, пока советскую перестройку как «Ветер перемен» не прославит западная группа Scorpions (см. также: «Вражьи голоса»; «Перезапись на магнитофон», 1975; «Дискотеки»).

Стиляги 1949

Фельетоном в главном сатирическом журнале «Крокодил» признано существование среди советской молодежи «пустоцветов», которые, выбрав «свой особый стиль в одежде, разговоре и манерах», лишь «порхают по поверхности жизни». И хотя текст напечатан под рубрикой «Типы, уходящие в прошлое», пришедший тип стиляг задержится надолго

Московский Фестиваль молодёжи и студентов 1957

На две недели приподнят «железный занавес». В Москве проводит главное международное событие «оттепели» — VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов. С него власть начнет все больше открывать СССР миру и — что еще важнее — открывать советским людям мир

Диор в Москве 1959

В СССР впервые устроены показы западного модельера: в Москву приехал Дом Кристиана Диора. Делового значения визит не имеет — это рекламная акция: фотографии французских моделей среди советских людей, публикуемые в западной прессе, выглядят встречей разных миров

Магнитофон «Комета-201» 1959

В стране выпущен первый массовый магнитофон, с которым в советскую жизнь приходит свобода звукозаписи и воспроизведения — будто частные пластинки и частное радио в одном аппарате

Сталинские высотки 1952

В Москве построены первые высотные здания. Хотя никаких других нет и не будет, высотки назовут сталинскими. Они — главный памятник эпохи

Корифеи-эмигранты: Аксенов, Любимов, Тарковский 1984

Находясь за границей, лишаются советского гражданства слывшие у публики самыми престижно-знаменитыми современные прозаик, театральный режиссер и кинорежиссер

Твист 1963

Самый модный танец, он же — самый запрещенный. Долго так продолжаться не может, и твист в СССР не то чтобы разрешают — с ним перестают бороться

Битломания в СССР 1965

Большинство советской молодежи навсегда выбирает себе любимую западную группу — с огромным отрывом лидирует «Битлз». Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр должны бы носить звание народных артистов СССР. Старшие поколения русифицируют труднопроизносимое название: «битласы» — это группа, музыкальный стиль и мужская прическа

Застой и перестройка 1986

На XXVII съезде КПСС Михаил Горбачев оценивает предыдущую эпоху и определяет задачи своего правления. Тогда был застой, сейчас — перестройка, которая «по-настоящему раскроет потенциал социализма»

«Вражьи голоса» 1975

Подпись Брежнева под Хельсинкским актом среди прочего вроде бы разрешает каждому «искать, получать и распространять» любую информацию. В крупных городах временно перестают глушить западные радиостанции, вещающие на территорию СССР (в малых городах и на селе их не глушили совсем)

Перезапись на магнитофон 1975

Исключительно урожайный год западной рок-музыки вызывает бум магнитофонных перезаписей в СССР: на все культовые альбомы денег ни у одного меломана не хватит, да и жалко «запиливать» оригинальные диски даже их счастливым обладателям

Дискотеки 1977

Слово «дискотека» до сих пор означало собрание пластинок. Теперь так называются мероприятия с их использованием. В конце прошлого года первый конкурс дискотек провели в Риге — как водится, западная мода получает всесоюзное распространение начиная с Прибалтики